November 3rd, 2013

А почитайте Равиля Баширова

Оригинал взят у anarh_oren в Против "тёплых". Должны ли левые бояться погрома?
«Знаю твои дела; ты не холоден, не горяч;
о, если бы ты был холоден или горяч!
Но, как ты тёпл, а не горяч и не холоден,
то извергну тебя из уст Моих!»
Апокалипсис

Ранним субботним утром по Петербургу около 200 человек, представляющих 20 организаций либерального и левацкого толка, прошлись «Маршем против ненависти». Мероприятие сколь унылое, столь и бессмысленное. Политика – это конфликт, это борьба. А какая борьба без ненависти, без ярости, без праведного гнева, без страсти к разрушению? Политика без ненависти – лицемерное либеральное шарканье по парламентским корридорам. Отказ от ненависти – духовная кастрация. Может, поэтому подобные камлания седых либеральных скопцов и привлекают феминисток и гомоссексуалистов, всех жаждущих лишить политическую борьбу  – и Революцию как высшую форму политики -  естественного мужского начала, агрессивности, воинственности, олимпийской состязательности. Да и какая Россия без погрома, если здесь «что не до смерти, то ложь».

Собственно, ежегодная сходка олдовых петербургских демократов в память об убитом внештатном эксперте следственных органов Гиренко –событие, мало заслуживающее внимания, но этот марш «тёплых» привлёк моё внимание анонсированным участием «левых»: РСД предъявило обществу лозунг «Забастовка вместо погрома».
Нужно сказать, что РСД – это группа евролеваков, после домашнего ареста Удальцова и саморазоблачения Кости Лебедева и соответственно устранения евролеваков от руководства «Левого Фронта», занявшая место последнего на либеральных пати в качестве «карманных» представителей левого движения. В данном случае это ещё и пример выдающегося левацкого позёрства, любви к фразе. «Забастовка» - красивое слово, мощное – когда оно к месту. Забастовка – это коллективный отказ от работы с целью выполнения каких-либо требований. Но по логике РСД жители Бирюлёво вместо столкновений с ОМОНом и разгрома торгового центра и овощебазы должны были дружно не пойти на работу (вернее, не поехать в Москву на работу). Без сомнения, московской экономике (а стало быть и политике власть имущих классов) был бы нанесён сокрушительный удар.

Забастовка как метод борьбы уместна на предприятиях, где десятки и сотни рабочих хорошо организованы в процессе совместной работы. Забастовки на крупных, градообразующих заводах могут в корне изменить политическую ситуацию в городах и городишках, и даже в целых областях. Всеобщая политическая стачка – канун Революции. Все это прекрасно знают и помнят.
Забастовка сама требует порой «погрома»: не просто остановки, а поломки конвейера – чтобы не допустить штрейхбрехерства. Забастовка порой требует уничтожения частной собственности, собственности владельца. Забастовка сама порой требует насилия, классового насилия (или хотя бы обыгрывания возможности такого насилия) – захвата администрации и офисов, изгнание или, наоборот, взятие в заложники менеджеров.
Но что значит предлагать забастовку в спальном районе, который превращается в гетто? Абсурд.

Конечно, лучше бы жители Бирюлёво разгромили муниципалитет, чем овощную базу. Но где были левые в этот момент? Правильно, строчили осуждающие «погром» заявления в интернете. Вели ли они разъяснительную работу среди жителей, если не до, то после бирюлёвских событий? Нет. Они просто записали своих сограждан в невежественных обывателей, спровоцированных жадными до чужой крови националистами. И всё. Нашлись дела по важнее: марши «против меха», теперь вот «против ненависти». Гораздо важнее заявить громкий лозунг, соответствующий субкультурному набору штампов, чем отвечающий вызовам современности.

Логичнее предложить жителям Бирюлёво (и всех Бирюлёвых вместе взятых) от Погрома, т.е. от неорганизованного насилия, перейти сначала к Бойкоту, т.е. организованному сопротивлению властям: Власть игнорирует наши проблемы, мы игнорируем власть. Со временем Бойкот должен стать Тотальным, должен перерасти из обыкновенного отказа от участия в выборах во всеобщий массовый отказ от подчинения властям (которых никто не выбирал, поскольку никто на выборы не ходил). Тотальный Бойкот приведёт к возникновению очагов Самоуправления, т.е. фактического двоевластия в стране. А вот тогда уже и захваты, и погромы, и забастовки – кто чем может, тем Революции и поможет. Не нужно бояться гражданского насилия, нужно сделать его осмысленным и целеустремлённым. Революция, как мы помним, это не чаепитие на веранде. Что не до смерти, то ложь.

Логичнее предложить жителям Бирюлёво и всех разбросанных по большой стране Бирюлёвых не отказ от работы, а отъём собственности у тех, кто «виноват во всём». Не Забастовка, а Экспроприация. От погрома овощной лавки к Погрому Капитала. Но для этого нужно не отказываться от своего народа, а быть с ним, понимать его, каким бы неприглядным он не был. Нужно поднимать его до понимания революционных целей, воспитывать (но не поучать, не «читать морали») его для Революции.
На сегодняшний день единственной политической группой, как левой, так и правой, проводившей в Бирюлёво революционную агитацию оказалась «Другая Россия».


В политике революционная группа может двигаться вперёд только через конфликт, в котором правильным образом выбраны цели и средства. В России помимо всех проблем,сейчас два основных, ключевых конфликта, без разрешения которых невозможно решение остальных: конфликт нелегитимной власти и гражданского общества, который может быть решён только путём Тотального Бойкота первой вторым, и конфликт имущих и неимущих, который может быть решён только путём пересмотра итогов приватизации от первых в пользу вторых, т.е. Тотальной Экспроприации в общенациональном масштабе.

После того, как сама власть попыталась списать погром на «происки нацболов», после агитрейдов в Бирюлёво, решение об участии «Другой России» в «Русском марше» с лозунгами Бойкота и Экспроприации – более прогрессивными, чем лозунги Погрома и Депортации, - является очень разумным и своевременным. Глупы те левые, кто не поддержит партию в этом вопросе.
«Тёплых» надо гнать пинками под зад. У нас, ребята, тут в России не чаепитие на веранде намечается.